Доктор Домовинка Г.П. Сезон 1 эпизод 6
Feb. 18th, 2009 11:27 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
denis_poltavetsГригорий Петрович отдыхал в своей каморке, подводя итог трудового дня. Сумма получалась со всех сторон удовлетворительная – один из тех редких дней, когда и волки оказались сыты, и большинство овец остались целы. Может быть, разве что та девочка, которую привезли в коме – Григорий Петрович поморщился, захватил из серебряной вазочки щепотку белого порожка и шумно вдохнул. Не слишком ли она мала для ребят из налоговой? Ведь ее кома может быть недостаточно долгой для того, чтобы все разрывы потом стянулись. Но то были мелочи. Сегодня доктор Домовинка вполне заслужил подарок, который он сам себе же и приготовил. Его ждал самолет, древний город, ласковая и покорная Наташенька, теплая средиземноморская ночь, волшебные звуки музыки...
Мелодично зазвенел коммуникатор. Домовинка поднес микрофон к мягким улыбающимся губам. То, что он услышал, стерло с лица не только мечтательную улыбку, но, казалось, и сами губы.
Глубокое сексуальное контральто, потрясающее своей обезличенностью, менторским тоном уведомило Григория Петровича о решительном изменении планов:
- Григорий Петрович, с вами хочет встретиться господин Бибипко. Машина ждет у крыльца, можете выходить.
- Но…., - однако, контральто уже отключилось, да и не о чем было дискутировать с таким контральто.
Буквально в ту же секунду в дверь каморки без всякого стука вошли четверо мужчин, с которыми тоже дискутировать было явно не о чем.
Старший из них – седой, сероглазый и страшный – окинул внимательным взглядом личную комнатушку доктора. Серебряная вазочка с белым порошком, мебель красного дерева, венецианское зеркало, медиацентр от Krell Industries, несколько небольших, но подлинных этюдов на стенах, оригинальные издания небезызвестных авторов на полочке – доктор Домовинка сразу почувствовал себя измеренным в взвешенным. Страшный и сероглазый уважительно склонил голову в знак приветствия:
- Григорий Петрович, господин Бибипко приглашает вас к ужину, у него на даче. Мы можем ехать.
- Позвольте, но у меня же самолет, меня ждут, я.. – Григорий Петрович осекся. Сероглазый, сказав свою речь так и застыл – в неглубоком поклоне, с медленно мертвеющей улыбкой на губах. Сопровождавшие его лица всем своим видом выражали готовность к немедленному действию. Доктор Домовинка не был дураком.
- Впрочем, врачебный долг прежде всего, не так ли? – сказал Домовинка. Сероглазый охотно кивнул.
- Я могу позвонить? Чтобы меня не ждали, я должен был сегодня вечером вылететь…
- Не волнуйтесь, Григорий Петрович, Наталья Леонидовна в курсе. Дело государственной важности. Мы взяли на себя труд устроить все формальности, вы сможете вылететь через 2-3 часа, на личном самолете господина Бибипко.
- Вот и прекрасно, - Григорий натянуто улыбнулся, внутренне собравшись, как обычно, когда приходилось иметь дело с персонажами вроде Бибипко.
- Не желаете? – он указал гостям на вазочку. Молодцы даже не дрогнули, а сероглазый только молча развел руками, виновато улыбаясь, мол, служба. Григорий Петрович еще раз угостился, быстро спрятал вазочку в потайной шкафчик и, прихватив свой докторский саквояж, направился к выходу из отделения, окруженный кортежем чорнокостюмных амбалов.
*********************************
После ужина Геннадий Бибипко пригласил Григория Петровича в каминный зал. За ужином говорили о чем угодно – о состоянии медицины в области, о новейших генетических исследованиях как о выгодном бизнесе, о потенциально интересных инвестиционных проектах, которые могла бы поддержать группировка Бибипко. Но Домовинка был твердо уверен – это все для отвода глаз. Чьих глаз, однако, так и не стало ясным – ужинали они вдвоем. Григорий впервые видел господина Бибипко так близко. Волевое и нахальное лицо удачливого авантюриста удивило какой-то формалиновой мертвенностью. Но в целом Бибипко произвел на Домовинку весьма благоприятное впечатление.
В каминной комнате Геннадий пригласил доктора сесть и, разлив по рюмкам коньяк, сам сел в глубокое удобное кресло. Нажатие большой синей кнопки на пульте вытащило из пола совершенно прозрачный колпак, отрезавший хозяина и его гостя от внешнего мира.
- Простите, Григорий Петрович, вынужденная мера. Особняк прослушивается, но здесь мое личное место. Потому что у меня личное дело. Не волнуйтесь, кому нужно, те уже в курсе.
Бибипко открыл ящик,чем-то пошуршал, достал и бросил на стол толстую папку с бумагами.
- Полюбопытствуйте пока, а я расскажу предысторию и поставлю вам задачу.
Григорий Петрович потянулся за папкой. Открыв ее, он сразу перестал беспокоиться. Потому что понял, что его беспокойство – ничто в сравнении с беспокойством визави.
- Он мне почти как брат, мы вместе прошли сквозь ад, вместе прожили жизнь. Мы не похожи, но тем крепче наша дружба. Когда он решил уехать отсюда, я ему говорил – подумай, куда ты едешь? Там чужая земля, чужая почва, там у тебя все пойдет не так. Он не слушал меня, верил в силу денег. Европа любит деньги, говорил он мне – полюбит и меня. Тогда его Костик был еще малыш, очаровательный мальчик, только-только входящий в период зрелости. Такой живой, такой умничка… Я любил Костю как сына, - казалось, переносясь в прошлое, Геннадий Бибипко немного оживал.
- Он отдал Костю в лучшую тамошнюю школу. Дети из европейских королевских фамилий, дети нобелевских лауреатов, дети мировых лидеров... И знаете – Костя справился! Он встал с ними вровень, хотя мне казалось, что это невозможно. Он вырос красавцем, неплохо учился, всерьез занялся музыкой, увлекся философией и математикой… Я часто бывал у них – по делам и просто так, отдохнуть от местной мерзости – и каждый раз Константин меня поражал своей зрелостью и мальчишеским задором. Я был рад за них, а тут…
По мере того, как Бибипко говорил, а из папки извлекались все новые и новые документы – фотографии, газетные статьи, судебно-медицинские протоколы – температура крови в артериальной системе Домовинки падала. «… твои кровяные шарики пускаются за реку, как крысы на водопой…» - крутились в его голове строки, часто поминаемые Лизой Кадыровой.
- Я говорил ему, не нужно Косте ездить на родину, он чужой здесь уже. Но он же упрям! – Бибипко быстрым движением допил коньяк и налил себе еще. – Пусть, мол, поживет на земле предков, посмотрит, откуда мы вышли, почувствует себя человеком! Почувствовал…
- Сколько всего трупов? – тихо спросил Домовинка.
Бибипко поднял глаза, в которых стояли слезы.
- Тридцать четыре. За месяц или около того, - голос миллиардера был тихими, а в глазах его Григорий Петрович отчетливо увидел пляшущие искры безумия. – Я только три дня назад узнал… Отец тоже в курсе, и я…
- Моя роль? – Григорий Петрович в таких случаях всегда опирался на циничный рационализм. – Свидетели? Потерпевшие? Что с ними должно случиться?
Бибипко замахал руками.
- Что вы, Григорий Петрович, что вы! Нет, я уже все это уладил. Тут другое…, - Бибипко снова большим глотком опустошил рюмку. – Собственно, две задачи. Две. Они разные и их две…
Казалось, этот нестарый еще мужчина, выигравший у жизни все, что только можно, терял последние силы в борьбе с каким-то невидимым врагом.
- Во-первых, нужно поработать с обвиняемыми. Дело в том, что он не один был, понимаете, не один. Нашел тут себе… Мол, мое учение всесильно и все такое… В общем, нужно поработать с этими ребятами, чтобы они забыли Костю. Понимаете? Чтобы они по-настоящему его забыли, а помнили только то, что нужно. Будет суд, слишком много трупов, хотя я сократил их число, как мог. Но если они на суде вдруг… Вы понимаете, я не могу их убрать, и я не могу их контролировать во время суда – они должны что-то говорить. Это возможно?
- Возможно. Есть одна методика – ЛСД, сенсорная депривация… Впрочем, это детали, - Домовинка нахмурился. – О деньгах я молчу, но потребуется еще и время.
Бибипко встрепенулся, вскочил с места и прижался лбом к прохладному материалу купола тишины.
- Спасибо, боже. Мне говорили, но я сомневался, я не думал, что здесь, в этой дыре, среди этого быдла я встречу человека, - Бибипко говорил так тихо, как говорят только с самим собой. – А вот же…
Он резко повернулся.
- Конечно, доктор, дорогой вы мой, время есть. О деньгах я даже и не говорю – я дам вам карточку своего банка, просто платите за что угодно и куда угодно. Нужны будут наличные – снимайте сами или звоните прямо мне. Все записи потом будут в порядке, ни о чем не волнуйтесь.
- Обвиняемых нужно будет направить на судебно-медицинскую экспертизу. Она продлится несколько дольше, чем обычно, но – в пределах. Об остальном я позабочусь. Ребята скажут на суде то, что нужно. И будут искренне верить в то, что все так и было. Правда, за стойкость эффекта я не поручусь, но…
Бибипко махнул рукой.
- Да вряд ли они после суда долго протянут в тюрьме. Как вы считаете, доктор?
Домовинка согласно кивнул.
- Вы сняли у меня с души огромный камень, Григорий Петрович. Но там остался еще один, гораздо больших размеров, - Бибипко рухнул в кресло и уселся в нем, поджав ноги. От этого обстановка приобрела и вовсе чудной характер – рядом с доктором вдруг оказался мальчик с невинным испуганным взглядом.
- Костя… доктор, мне нужно знать правду… Костя, он…, - Бибипко почти шептал. – Если он, ну, вы понимаете, ненормален, то… Я лучше сделаю это сам, отец не сможет. Не сможет, понимаете? А нужно! Нужно будет это сделать, нужно! Иначе всему конец, конец всему… И я никомушеньки не могу довериться, понимаете?
Геннадий резко ударил себя по колену. Домовинка молча слушал.
- Прошу вас, поговорите с ним. Я вижу, что вы – человек. Скажите мне, кто гостит в моем доме? Что им двигало? Вы знаете – они ведь грабили этих скот… свои жертвы. Костя отбирал мобилки у .. у этого сброда, можете себе представить!? Я должен понять – что он думал, какой смысл? Есть ли он вообще?
Домовинка внимательно смотрел на внезапно обнажившуюся трепещущую душу. Губы сидящего перед ним всемогущего Бибипко нервно дрожали, пальцы бегали по столу, глаза смотрели по-прежнему испуганно. Безумные искорки неопровержимо указывали на «вторую задачу» – он просил Домовинку правды о себе самом.
Выдержав паузу, Домовинка взял себя в руки, настроился на тембр «искренне ваш» и приступил к работе.
- Послушайте, Геннадий, я готов помочь вам во всем. Не стоит так нервничать. Ситуация трудная, но преодолимая. Поверьте, что мы вместе сможем найти оптимальное решение, - Григорий Петрович широко улыбнулся самой обворожительной улыбкой. – Я, конечно же, поговорю с Костей и мы всё сможем разобрать, понять его мотивы и оценить состояние. Может быть, мальчику нужна помощь профессионалов – я дам рекомендации. Конечно, ему нельзя здесь оставаться, слишком серьезная травма. А, может быть, профессиональная помощь и не понадобиться - я почти уверен, что парень просто ищет свой путь в жизни. Ведь и вам было непросто, а ему так и вовсе – чужая страна, чужие люди, чужой язык. Парень согнулся, но – я почти уверен – не сломался!
По мере того, как Домовинка, улыбаясь, лил свой целебный бальзам, играл теплыми обертонами голосвых связок, Бибипко успокаивался. Мышцы его расслабились, слезы высохли и, когда доктор ловким движением достал из кармана серебряную табакерку с белым порошком, глаза Бибипко воодушевленно заблестели.
- Зачем же? – Бибипко вновь превратился в радушного князя мира сего, принимающего в час досуга бедного лекаря. – Позвольте мне вас угостить, уверен, вы приятно удивитесь!
- Нет, нет, - Домовинка был сама нежность. – Отведайте моего кокаину. Думаю, что это вы приятно удивитесь, дорогой Геннадий. Тем более, что мы уже все обсудили. Я во всем помогу вам, уверяю вас. Ну, и в знак доброй воли позвольте мне угостить вас, это честь для меня…
Пока Домовинка сооружал дорожки, мужчины радостно улыбались друг другу. Когда же почти счастливый Бибипко склонился над своей стороной дороги к экстазу, Григорий Петрович, вытирая нос, спросил:
- А где сейчас Костя?
- А, - Бибипко небрежно махнул рукой. – Взял машину и поехал в город. Развеяться.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2009-02-19 06:06 am (UTC)фауст и вагнер
когда будет пудель?
no subject
Date: 2009-02-19 06:36 am (UTC)no subject
Date: 2009-02-19 06:53 am (UTC)когда кто-то начинает взывать к врачебному долгу
мне кажется, что медицинская наука - это прежде всего любопытство, как же это там человек устроен? А от того что у определенных людей любопытство вырождается в служение людям, общественность начинает требовать для себя от всех врачей здоровья и долголетия.
Гуманитарная идея о ценности каждой человеческой жизни родилась после эпидемий, когда человеческая сила наряду с лошадиной была весомым экономическим фактором.
Сейчас людей уже больше 6 млрд и их ценность уже не так очевидна, все делают машины. Роль врачей, скорее всего будет ощутимо меняться. Уже сейчас роль ВОЗ некоторые начинаю пересматривать http://community.livejournal.com/ru_nazdem/333798.html
в общем, галактеко опасносте
no subject
Date: 2009-02-19 07:13 am (UTC)Бесстужев-Лада
Date: 2009-02-19 10:18 am (UTC)"Но начинать обсуждать экологическую проблему надо не с вопроса о загрязнении окружающей среды, а с того, что 6 млрд человек на Земле жить не могут. Это безобразие. Представьте, если бы на Земле жило 6 млрд слонов или крокодилов. А человек гораздо вредоноснее, чем слон или крокодил. На Земле должно жить от 300 до 900 млн человек. Сегодня человечество для планеты — это просто нарыв, который надо устранить."
Re: Бесстужев-Лада
Date: 2009-02-19 11:53 am (UTC)Re: Бесстужев-Лада
Date: 2009-02-19 11:54 am (UTC)Re: Бесстужев-Лада
Date: 2009-02-19 11:59 am (UTC)или боевые метеорологи
Date: 2009-02-19 12:04 pm (UTC)http://www.pogoda.ru.net/articles/article28.htm
Re: или боевые метеорологи
Date: 2009-02-19 12:10 pm (UTC)